Схиигумен Иоанн (в миру — Иван Алексеевич Алексеев) родился 14 февраля 1873 года в Тверской губернии в крестьянской семье. 28 мая 1901 года, получив благословение родителей, Иван Алексеев поступил в Валаамский монастырь и через пять лет, 21 декабря 1906 года, был зачислен в послушники.

По прибытии в монастырь его отправили в скит преподобного Германа Валаамского. Здесь занимались земледелием и разводили скот. Ивану пришлось помогать в хлеву и на полях, к чему он с детства был приучен. Кроме того, он работал в сапожной мастерской и в пекарне, где пек просфоры. Так прошли четыре года в Германовском скиту. Потом Ивана призвали на военную службу. Четыре года служил он в стрелковом батальоне. После армии возвратился на несколько лет в деревню к родителям, а затем окончательно вернулся на Валаам. Сначала он работал в экономской конторе на главном острове. Но вскоре его отправили на послушание в Петербург, в Валаамскую часовню на Калашниковской пристани (ныне — Синопская набережная), где он пробыл два года.

О пребывании своем в Петербурге отец Иоанн рассказывал: "Многомятежный сей град повлиял на меня вредно, и я, немощный духом, не смог вместить городской сутолоки, ибо мне приходилось закупать и отправлять на вокзал и пароход и принимать разные товары, какие требовались для монастыря". Но за святое послушание пришлось прожить в "многомятежном городе" еще два года.

В июне 1910 года послушник Иоанн был пострижен в монашество с именем Иакинф. После многочисленных просьб отца Иакинфа вернуться в монастырь, игумен Маврикий разрешил ему покинуть Калашниковское подворье и переселиться на жительство в Ильинский скит. После трех с половиной лет скитской жизни он нес послушание буфетчика в монастырской гостинице, потом снова был переведен на Германовский скит псаломщиком, а затем, через восемнадцать лет с момента вступления в монастырь, по благословению игумена выехал в Предтеченский скит. Шесть лет продолжалась пустынническая жизнь в скиту. 19 октября 1921 года отец Иакинф был назначен настоятелем в обитель преподобного Трифона Печенгского на берегу Северного Ледовитого океана. Первые годы управления были тяжелы для нового игумена. Разница в устройстве иноческой жизни в Печенгском монастыре по сравнению с Валаамом давала себя знать. Тоска по родной обители, да и внутренние разногласия в монастыре, однажды заставили отца Иакинфа заявить братии, что он хочет уехать обратно на Валаам. Но уехать не удалось. Братия упросила его остаться, так и пришлось отцу Иакинфу еще восемь лет нести тяжелый крест настоятельства.

В октябре 1931 года отец Иоанн по собственному прошению был освобожден от должности настоятеля. Весной следующего года он был вновь принят в число валаамской братии и направлен на проживание в столь любезный его сердцу скит святого Иоанна Предтечи. В 1933 году он был пострижен в схиму с именем Иоанн.

Все внимание схимника было направлено на внутренне делание, на стояние пред Господом, трезвение. Летом 1937 года пришлось отцу Иоанну перебраться из любимого им Предтеченского скита в монастырь, где он исполнял послушание помощника братского духовника, принимал на откровение паломников, а также нес чреду священнослужения. В марте 1940 года после подписания мирного договора Валаамский архипелаг отошел к Советскому Союзу. Отец Иоанн был вынужден покинуть родную обитель и эвакуироваться вместе с братией в Финляндию.

Новое место для монастыря было найдено в местечке Паппиниеми на живописном пологом берегу озера Юоярви. Впоследствии монастырь получил название Нового Валаама. Уединенность места, живописная природа, лес — все напоминало братии оставленный родной Валаам. Старец поселился в угловой комнате на втором этаже двухэтажного деревянного дома. И на Новом Валааме схиигумен Иоанн нес послушание духовника. У двери кельи старца стояла скамья: на исповедь к духовнику приходили братья и паломники и, когда исповедников было несколько, ожидавшие своей очереди садились на эту скамью. Кельей старца служила небольшая скромная комната, из окна которой открывался прекрасный вид на тихое озеро. В свободное время отец Иоанн принимал участие в общих монастырских послушаниях — летом работал в поле, зимой рубил дрова. Главным занятием отца Иоанна в свободное от монастырских послушаний время стала переписка с его духовными чадами, которым он посылал весточки почти до самой своей кончины.

В своих наставлениях, как и в жизни, отец Иоанн держался открытости к людям, духовной трезвости и простоты. В своих посланиях он старался внимательно разобраться в вопросах, волновавших наставляемого, в его бедах и заботах. Часто он как бы отождествлял себя со своим скорбящим духовным чадом. В письмах старец часто повторял своим духовным чадам: "Стремись, чадо, к смирению и не верь себе, пока не ляжешь в гроб". О жизни на Валааме старец писал: "На Валааме проходил послушания разные, и все такие, которые мне не нравились, однако не унывал, а был мирен. От святого послушания рождается смирение и сила воли укрепляется" (07.02.1954). Схиигумен Иоанн предостерегал против всякого рода рывков и скачков в духовной жизни, увлечений духовными вспышками. Часто обращались к старцу за советом о делании Иисусовой молитвы. Вопрошавшим отец Иоанн, отвечал: "…ты ревнуешь о молитве. Бог благословит — трудись, ибо молитва в духовной жизни главное делание; однако знай, насколько она высока и полезна, настолько и дается дорогой ценой, т.е. большими трудами. А чтобы она шла успешнее, постарайся, насколько сможешь, исполнять три условия: иметь чистую совесть к Богу, людям и к вещам. К Богу старайся исполнять Евангельские заповеди, к людям, чтобы не осуждать и не враждовать, к вещам — пользоваться не пристрастно".

Отец Иоанн глубоко, проникновенно любил природу, он внутренне соприкасался с ней. В каждой малой травинке видел он чудо творения Божия, Его благой Промысл, пекущийся и о малых пташках. "Я глубоко верю и утверждаю, — писал старец одному атеисту, — что есть Бог, есть будущая жизнь, есть вечное мучение для грешников, есть и вечное блаженство для праведников. Как же не верить в Бога, когда, куда не посмотрю, везде вижу и созерцаю Божию премудрость и благость. <…> Я вообще люблю природу. Приду в лес и удивляюсь каждому деревцу и холмику и созерцаю всемогущего Творца" (28.08.1954).

В своих размышлениях о подвижнической жизни старец писал: "Мне иногда бывает тяжеловато. Прямо не с кем поделиться переживаниями. Буква преобладает, а о духовной жизни даже и понятия не имеют. Некоторые говорят много, но говорят только то, что знают и что усвоено ими. Как-то обращено внимание на внешнюю букву и под влиянием внешнего жития рассуждают о духовной жизни. Конечно, внешнее подвижничество нужно, но не надо останавливаться на нем, ибо оно не добродетель, а пособие добродетели. Это не всем понятно" (04.05.1954). "Великое счастье для нас, что мы имеем книги св. отцов, ибо у них подробно говорится о духовной жизни. Конечно, хорошо бы духовную жизнь проводить под руководством духовного наставника, но оскуде преподобные, а без наставника очень опасно руководиться только одними книгами; все равно как в аптеке, не учившись искусству медицинскому, вместо полезных лекарств возьмет отравляющее. Однако унывать не надо, в основании положим мытарево смирение и Господь по Своей благости поможет нам, грешным, и избавит от напастей на духовном пути. А в немощах будем каяться, ибо все подвижники благочестия держались за смирение и покаяние" (21.02.1947).

Отец Иоанн вел обширную переписку. Среди его духовных чад были люди как в высшим образованием, так и самые простые, необразованные. В 1950-е годы некоторые его письма были опубликованы в журнале "Аамун Койтто", в переводе на финский язык главного редактора журнала иеромонаха Павла. Благодаря этому читатели смогли познакомиться с учением старца и его советами. В 1956 году в г. Хельсинки вышел небольшой сборник писем схиигумена Иоанна на русском языке. Впоследствии письма несколько раз переиздавались в Финляндии, в 1984, 1990 годах. Сборник был переведен на английский и сербский языки. Многократно они издавались и в России.

За год до смерти, в ноябре 1957 года, отца Иоанна отвезли в дом престарелых в Хейнявеси, где он пробыл до середины января 1958 года. По Новому Валааму отец Иоанн очень скучал. В последние месяцы перед кончиной он стал нуждаться в постоянной помощи. Умер схиигумен Иоанн утром 24 мая / 6 июня 1958 года. "На Новом Валааме лежат в могилах сто пятьдесят четыре инока, — писал в одном из писем старец. — Всех вас я знаю, и ваши тела лежат в могилах. Ибо закон смерти неумолим. Когда и где родились — знаем, а когда и где умрем — не знаем. Человек взят из земли, в землю пойдет, а душа от Бога, к Богу и пойдет" ("Мои думы", 1956). Похоронили схиигумена Иоанна на кладбище Нового Валаама. По словам духовных чад, похороны были тихие, простые, скромные — все было так, как он любил и каким был сам всю свою жизнь.

Из книги "Валаамский монастырь и его подвижники"
Издательство Валаамского монастыря, 2005г.